Разница в том, что мы подходим к сути с разных сторон и разными шагами.

Наши периодические сложности в общении друг с другом оттого, что мы иногда забываем, что всем нам нужно одно и тоже. Вы знаете, что это.

В ноябре 2009 года нарисовал себя на маркерной доске:

Говорят, что похож. Правда, картинка уже не совсем актуальна – в прошлую пятницу я подстригся.

Образно говоря, однажды я стиснул челюсть, чего-то сильно захотев, и так не разжимал её долгое время. Через некоторое время у меня возникла проблема с 8-м зубом – зубом мудрости. Врачи пару раз пытались помочь небольшой операцией, которой хватало не надолго. Зуб требовал удаления. Однако на 2-3 года я его запустил.

В общем, недавно дошло до того, что его пришлось удалять. Выдернуть щипцами под анестезией у хирурга не получилось, поэтому зуб распиливали. Извините за подробности, я просто хочу сказать о том, что после операции было очень больно, как и предупреждал врач. Хотя он же говорил, что у некоторых пациентов не остается ни боли, ни припухлости. Он посоветовал мне запастись обезболивающими на пару дней.

Когда послеоперационное обезболивающее отошло, стало действительно очень больно, и я принял таблетку «Найза». Потом был вечер, я лёг спать.

Ночью проснулся от нестерпимой острой боли, с температурой. В шоке я сидел, думая, что делать. Решил не принимать таблетку, а поэкспериментировать. Книга Лууле Виилмы научила меня тому, что со всем можно общаться, и всё что больно – совершенная мной ошибка. В книге говорилось, что боль – это жестокость. Вообще говоря, читая книгу, я находил множество подтверждений подобным выводам и убеждался в их справедливости. Это можно назвать психологией в образной интерпретации.

В общем, я подумал, что это классная возможность проверить себя – рассуждать это одно, а делать и использовать – другое. Я стал думать над тем, к кому и к чему я был жесток накануне. Чтобы мысли не роились от боли, я открыл форточку, лёг поудобнее и стал разговаривать про себя и немного шепотом со своей жестокостью.

Через некоторое время моё воображение нарисовало белый дымчатый комочек – это была она, жестокость. Я попросил у неё прощения, что заставил её явиться поучить меня и всё такое. Через несколько минут моего с ней общения хаотическая боль приняла упорядоченность, и я почувствовал пульсацию и четкий ритм. Я поблагодарил от всего сердца жестокость за то, что она стала отвечать. Общение продолжалось. Я прокручивал не очень приятные ситуации недавнего времени, когда я мог кого-то обидеть, и просил прощения у тех, кому сделал больно.

Через некоторое время у болевых колебаний снизилась амплитуда, боль уменьшилась. Я был в приятном удивлении, радуясь своему открытию и сложившейся ситуации. Я общался с болью до тех пор, пока она не исчезла. Это длилось 15-30 минут, хотя точно я не знаю. Мне было приятно общаться :) За это время я как бы пытался понять жестокость, и услышать то, что она пытается мне втолковать. Еще я просил прощение у зуба, которого у меня больше нет, и который, скажем так, ценой своей жизни научил меня общаться с тем, с чем общаться ранее не приходило в голову.

Думаю, что фармацевтические обезболивающие препараты заглушают голос того, что хочет с нами поговорить. Конечно, иногда в экстренной ситуации иного выхода нет – приходится принимать таблетку. Но жить таким образом всегда – значит, игнорировать своё тело. То есть, предавать нечто близкое – то, что нас носит по свету и позволяет жить по-человечески.

Позже я написал заметку: «Чтобы вылечить головную боль«.

На зелёном лугу средь холмов жили-были травки. Жизнь травок была размеренной и простой. Весной травки восходили из земли и радовались всё лето солнцу. А осенью одни травки тускнели и ложились на бок, другие уходили в землю – можно было делать и так и так. Зимой их накрывал снег. Вообще-то зимой было холодно, но травки этого не чувствовали. Они были вместе, а снег был им крышей над головой.

Одно в этой жизни было грустно — дождь. Летом дождь часто затапливал низину, и тогда травки торчали из луж. Жить в лужах было можно, так как под прекрасным солнцем лужи через некоторое время испарялись. Но всё же затопление давало о себе знать – многие травки гнили и уходили в землю навсегда.

Одной умной травинке такая жизнь надоела. И она ушла жить на холмы – в траву. На холмах всегда светило солнце, а дождь слегка, приятно смачивал стебель. В общем, не жизнь, а сказка. Но всё-таки, на холме была проблема — дул сильный ветер. Ночью ветер пригибал траву к земле, и в таком полусогнутом положении травы проводили до утра.

Тогда травинка решила уйти жить на противоположный холм к другим травам. Она спустилась с холма и пошла через луг, где когда-то росла вместе с травками. Травинка увидела, что её родной луг сильно поредел, а на его месте — лужа с несколькими торчащими травками.

Горько стало травинке от мысли, что только эти травки когда-то понимали и принимали её такой, какая она есть. В силу её способностей. И случись что, они бы её не бросили. Возможно, на новом холме травку ждало прекрасное солнце и в меру влажная почва. Но что от этого толку, когда ты всего лишь одна травинка среди травы.

В общем, лужи надо откачивать вместе, а не бросать своих.

Есть правило, которое поможет в обретении душевного благополучия:

Сначала нужно делать хорошее для себя, затем для близких и потом – для остальных.

Если очередность нарушается, благодарности и удовлетворенности не будет.

Например, человек, на работе старается быть на хорошем счету, не понимая, почему его не носят на руках дома. Или из дома бежит помогать сломя голову, когда дома дела плохи. Или кто-то что-то делает для постороннего человека, а потом обижается на него: «Неблагодарный».

Еще бывает, что человек работает на износ, чтобы помочь близкому. Но ведь, если ты упадешь, то уже помочь ничем не сможешь. Значит, надо начать о себе думать, что-то менять, чтобы не на износ работать.

Жертвенность не приносит покоя. Если человек что-то делает действительно для себя, он не ждет благодарности, а в конечном счете получается, что он делает это и для всех. И если его дела не принимаются, он не будет злиться, потому что, в первую очередь, трудится для себя, и рано или поздно плоды его дела пригодятся и другим (хоть некоторые стесняются сказать: «мне это помогло»).

История познала много тирании. Это когда человек свою жизнь не наладив, принимается менять жизнь всей страны или даже мира. Он думает, что ему на душе плохо из-за того, что в мире кавардак происходит, когда в первую очередь, плохо от того, что рядом – личные дела, отношения в семье. Если он жизнь вокруг себя наладить не может, то и за более глобальные дела приниматься рано. Иначе можно много дров наломать, совершая  страшные преступления из благих побуждений.

Это правило, а также ранее написанное и все те правила, о которых я напишу, были известны всегда. Не мной придумано, что надо начинать с себя. Это не то, о чем много писали раньше. Но сегодня приходится вспоминать забытые истины и понимать их всё глубже.